Сохранен 599
https://2ch.hk/b/res/208047697.html
19 мая мы обновили софт на сервере. Просим пользователей сообщать на e-mail, если что-то где-то сломалось.

ШАРОЕБОВ ТРЕД #27 Весь прошлый тред мы обоссывали

 Аноним 23/11/19 Суб 15:57:08 #1 №208047697 
Screenshot20191123-175401.png
15743747098272.jpg
15744408824680.png
15744536206020.jpg
ШАРОЕБОВ ТРЕД #27

Весь прошлый тред мы обоссывали тупой скот, который думает, что земля шарообразная только потому, что так написали в книжках. Лол блять. Ну ладно, похуй.
Шароёб по определению хуже быдла и долбоёба. Почему? Да потому что он ведётся НА ОЧЕНЬ ПРОСТЫЕ вопросы типа "А если подпрыгнуть, то земля провернётся под ногами?". Шароёб начинает хихикать и отписывать в треде про тупость вопроса и типа он такой весь умный из себя. Но внезапно просишь у него принести ПРОСТЫЕ пруфы, что:
1. Земля - шар
2. Который крутится
3. С наличием гравитации
4. Земля находится в безвоздушной пустоте, в вакууме

Шароёб сразу начинает протекать, начинает выдавать любую хуету изо рта, но только не доказательства. У него течёт кумпол, и можно ловить лулзы. Он сразу начинает нападать на воображаемых плоскоземов с фразами "да у вас вообще мир на черепахах хихихихиихих))))00))". Долбоёб, который верит в сказки, в картинки из учебников рассуждает о мире нахуй.
Вы понимаете? У шароёба нет доказательств на самые первые, самые простые, три вопроса. Которые должны быть доказаны вместе. Если нет хотя бы одного доказательства, то вся ваша теория рассыпается как песок. Ну например если Земля шар и крутится, но без гравитации? Да вы охуеете.
Или если Земля шар с гравитацией но не крутится, тоже пиздец.
Вы долбоёбы сходите в википедию и прочитайте про гравитацию. ОНА НЕ ДОКАЗАНА блять. Как ваш мир там? Не треснул ещё?
Плоскоземы наснимали 200 часов видеороликов с доказательствами, опровергли ваш шар, кручение, спутники, первую космическую скорость, коцмонавтов, полёты, заход корабля за горизонт. Да чего они только не опровергли и не доказали ЕЩЁ 4 ГОДА НАЗАД, а в американском интернете ещё 15 ЛЕТ НАЗАД. А шароёб всё ещё крутится на уровне "хихихи какии же плоскоземы тупыи у них земля ни крутится хихихихихи"
Долбоебы, принесите мне фото спутника и принесите мне НЕ ОТФОТОШОПЛЕННОЕ фото в тред. И второе - кто спутник ваш снимал нахуй на фотокамеру? Соседний спутник?
А также принесите мне фото космического мусора.

Приведем пример - типичный диалог со скотом (шароебом):
>ну ладно, хуй с этой землей. Откуда гравитация и что это вообще такое
>ПУК ПУК НУ ЭТО СИЛА ТАКАЯ НАС ПРИТЯГИВАЕТ...
>дак, стоп, погоди. Почему она нас притягивает? Мы что, магниты какие то?
>РЯЯЯЯЯЯ ПУК НУ ТАМ УЧЕНЫЕ СКОЗАЛИ ИЗ ЗА МАССЫ ТАМ ПРОСТРАНСТВО И ВРЕМЯ ИСКОЖАЕТСЯ
>блять, что? Ты ебанутый? Какое нахуй искажение пространства и времени? Это звучит еще бредовее теории плоской земли
>РЯЯЯЯЯЯЯ ТУПАЯ ПИДОРАХА ТАК НАПИСАНО В УЧЕБНИКАХ СРЕНЬ СРЕНЬК
Оправдывайтесь, тупой пидораший скот

Вся суть шаропидоров - слишком долго, очень далеко, очень много, очень мало:
- вращение земли замедляется, но короче чтобы это заметить нужно ждать миллиард лет, пук среньк
- искривление горизонта не видно, земля очень большая, пук среньк
- гравитацию на практике не видно, предмет очень маленький (ответ на вопрос "когда притянутся два лежащих на столе яблока?")
- гравитацию видно только на очень больших предметах, ну там планеты на небе, кружочки там мутные всякие, они там притягиваются короче
- теория относительности не работает на земле и ее нельзя проверить, так как она работает в космосе, а космос короче это очень далеко

Доказательство вращения земли-шара от шароёба из 20 треда:
>Попробуй кубик на палочке запихнуть в аппарат для изготовления сладкой ваты. В данном примере вата будет материей. И начни вращать, она у тебя намотается и станет шариком.

ПОРТРЕТЫ ШАРОЁБОВ:
ШАРОЁБ-шизик - Вайпает треды по 20 часов из 24. Спит очень мало, почти всегда бодрствует, в том числе по ночам. Вайпал треды Соколова и Харламова от скуки. Имеет много времени, не знает чем заняться. Очень тщеславен. Имеет связи с Абу, возможно сам и является Абу. Имеет иммунитет в /d/
ШАРОЁБ-агрессор - Очень распространён. На вопрос "докажи шарообразную землю" летит в ответный бой с кулаками и криками "А ты докажи плоскую землю!!1111"
ШАРОЁБ-обычный - Максимум на что способен, это принести умные фразы типа "Сила Кориолиса" или "Маятник Фуко". Всё. На этом его доказательство заканчивается, даже не начавшись. В школе учился плохо, так как понятия не имеет о причинно-следственных связях, о логике, о том как строится доказательство, о том как надо выражать свои мысли. Считает умными фразы из двух слов типа "Закон Бомжа", "Теорема Пизды", "Сила Ануса". При первом запросе расшифровать его односложные предложения и сдобрить их логикой улетает в закат с разорванным анусом и криками "ты придурак!!1111"
ШАРОЁБ-смешарик - Цитирует любую фразу, ставит смайлики, хохочет, тихий, мирный.
ШАРОЁБ-зогачер - Влетает в тред с вопросами "Ладно, похуй, не шарообразная. Но кому это надо? Кому надо скрывать? Зачем наёбывать людей?", обычно остаётся наедине со своими вопросами
ШАРОЁБ-проснувшийся - отписавшихся было немного. Открыто пишут, что пришли поржать, но осознали что были долбоёбами и шароверунами.
ШАРОЁБ-валенок - Размышляет по принципу "а почему если на небе мутный кругляшок, то мы не такой же мутный кругляшок????", "Если все небесные тела которые ты наблюдаешь имеют форму шара, то с каких хуев ты должен находиться на плоском?", гуглится мем-картинками "если земля не плоская", является низшей кастой шароёбов, т.к. максимально туп и не образован.
ШАРОЁБ-философ - Приносит доказательства, отвечает на каждый вопрос, ведёт длинную дискуссию, подкрепляя каждую фразу аргументами, иногда рисует картинки с доказательствами. В конце беседы обычно разочаровывается, что его доказательства в очередной раз опровергли или запросили более точные и глубокие доказательства.

Позиции по данному вопросу:
ПОЗИЦИЯ РУССКИХ РЕПЕРОВ - неизвестна
ПОЗИЦИЯ АМЕРИКАНСКИХ РЕПЕРОВ - репер B.o.B публично отрицает, что земля шарообразная.
ПОЗИЦИЯ /d/ - потёрли один раз вайпера серуна, после чего молчаливо дали ему иммунитет и не трогают его.
ПОЗИЦИЯ Абу - Пока неизвестна, имеются подозрения, что либо он лично вайпает треды, либо его дружаня этим занимается под протекцией Абу. В идеале анону-социоблядку нужно задать Абу вопрос в твитере или в вк "Абу, ты веришь в шарообразную Землю?"

Благодарю Анона за то, что накидал кучу годных пиков в конце 15 треда.
Прошлые тренды:
01 https://arhivach.ng/thread/505154/
02 https://arhivach.ng/thread/505194/
03 https://arhivach.ng/thread/505246/
04 https://arhivach.ng/thread/505321/
05 https://arhivach.ng/thread/505328/
06 https://arhivach.ng/thread/505360/
07 https://arhivach.ng/thread/505380/
08 https://arhivach.ng/thread/505388/
09 https://arhivach.ng/thread/505405/
10 https://arhivach.ng/thread/505454/
11 https://arhivach.ng/thread/505487/
12 https://arhivach.ng/thread/505557/
13 https://arhivach.ng/thread/505654/
14 https://arhivach.ng/thread/505748/
15 https://arhivach.ng/thread/505860/
16 https://arhivach.ng/thread/505862/
17 https://arhivach.ng/thread/505880/
18 https://arhivach.ng/thread/505889/
19 https://arhivach.ng/thread/505920/
20 https://arhivach.ng/thread/505951/
21 https://arhivach.ng/thread/505977/
22 https://arhivach.ng/thread/506007/
23 https://arhivach.ng/thread/506017/
24 https://arhivach.ng/thread/506046/
25 https://arhivach.ng/thread/506106/
26 https://arhivach.ng/thread/506110/
Loading...
Аноним 23/11/19 Суб 15:59:18 #2 №208047807 
1.jpg
2.jpg
3.jpg
9.jpg
–Ну, чё, полетели траллить плоскоземель?
– От винта!!!
Аноним OP 23/11/19 Суб 15:59:31 #3 №208047819 
> предъявите пруфы
> ПУК СРЕНЬУ НЕТ ВЫ ПРУФЫ ДАЙТЕ ВАЙПАЕМ НЕУДОБНЫЙ ТРЕД
Вся суть.
Аноним OP 23/11/19 Суб 16:00:32 #4 №208047878 
>>208047807
И что не так? Они не могут лететь по другому маршруту специально для отвлечения внимания?
Аноним 23/11/19 Суб 16:00:37 #5 №208047881 
Т.е., несмотря на засёр говнопастами, оп продолжает свои унылые треды. Поначалу это было смешно, задорно, тролльски, теперь это пиздец поехавшего. Придумай ещё что-нибудь, ты же можешь
Аноним 23/11/19 Суб 16:00:47 #6 №208047892 
>>208047819
Я пожаловался в /d 20 минут назад, посмотрим, забанят ли модеры пидора по подсетке. Если нет, то значит это модер и делает. Надо значит абу писать, что его мартышки охуели.
Аноним 23/11/19 Суб 16:01:23 #7 №208047926 
>>208047878
Не могут.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:02:03 #8 №208047963 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 16:03:17 #9 №208048035 
image.png
Аноним 23/11/19 Суб 16:03:50 #10 №208048072 
бамп
Аноним OP 23/11/19 Суб 16:04:02 #11 №208048079 
>>208047926
Почему?
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:04:03 #12 №208048080 
>>208047892
Или может всем просто поебать на очередной жирный шизотред?
Аноним 23/11/19 Суб 16:04:13 #13 №208048089 
– Ну, чё, поплыли траллить плоскоземель?
– Отдать швартовы!
https://www.youtube.com/watch?v=i0ObTd7DLMw
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:04:22 #14 №208048095 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 16:04:35 #15 №208048106 
>>208048079
Земля– шар потому что.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:06:43 #16 №208048237 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 16:07:20 #17 №208048265 
>>208047697 (OP)
Так что с яблоком? Почему оно падает вниз?
Аноним OP 23/11/19 Суб 16:07:28 #18 №208048274 
>>208048106
Кто сказал?
Аноним OP 23/11/19 Суб 16:07:47 #19 №208048293 
Screenshot20191123-175401.png
>>208048265
Аноним 23/11/19 Суб 16:08:02 #20 №208048302 
>>208048274
Бог.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:08:05 #21 №208048308 
так то земля кубическая, пососите, плоскоземельцы
Аноним 23/11/19 Суб 16:09:45 #22 №208048390 
>>208048080
Какая разница, какой тред? Вайп запрещен правилами, как цп.
Аноним OP 23/11/19 Суб 16:10:24 #23 №208048417 
>>208048302
Он такого не говорил
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:10:29 #24 №208048424 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 16:11:12 #25 №208048466 
>>208048417
Говорил. Базарю.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:11:21 #26 №208048472 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним OP 23/11/19 Суб 16:14:13 #27 №208048632 
>>208048466
Нет
Аноним 23/11/19 Суб 16:14:34 #28 №208048654 
>>208048466
Да.
Аноним 23/11/19 Суб 16:14:36 #29 №208048656 
000000074.jpg
КРИТИЧЕСКОЕ МЫШЛЕНИЕ
@
НАУКА
@
ЧТОБЫ ДОКАЗАТЬ СВОЮ ПРАВОТУ НУЖНО ВАЙПАТЬ НЕУДОБНЫЙ ТРЕД
Аноним 23/11/19 Суб 16:15:17 #30 №208048690 
>>208048302
Верно. Земля - шар, потому что так написано в Библии.
Аноним 23/11/19 Суб 16:17:28 #31 №208048801 
>>208048690
Земля– плоскость, потому, что так написано в интернете.
/thread
Аноним 23/11/19 Суб 16:18:33 #32 №208048865 
ЗАБАНИЛИ ВАЙПЕРА

Мод красавчик!
Аноним 23/11/19 Суб 16:18:41 #33 №208048872 
>>208048801
соскость
Аноним 23/11/19 Суб 16:19:12 #34 №208048901 
>>208048656
Всё, вайпер соснулей.
Аноним 23/11/19 Суб 16:19:46 #35 №208048932 
>>208048872
слякоть
Аноним 23/11/19 Суб 16:19:51 #36 №208048937 
Давайте все вместе: 1) сила Кориолиса, 2) маятник Фуко 3) появление кораблей из-за горизонта.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:20:36 #37 №208048981 
image.png
>>208048865 Рано очко разжал, мы ушли на перегруперовку
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 16:21:11 #38 №208049020 
>>208048293
Почему тогда солнце и луна еще не врезелись в землю, если она летит вверх?
Аноним 23/11/19 Суб 16:21:39 #39 №208049049 
>>208048937
Врёти. Нет никакого Фуко- там механизмы игого поворачивают.
А ты Кориолиса видел? Пруф на Кориолиса.
Фотошоп.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:23:01 #40 №208049127 
image.png
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 16:23:09 #41 №208049136 
ЧЁ ПУДОВИЧОК НА МЕСТЕ?
Аноним 23/11/19 Суб 16:24:23 #42 №208049218 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
Аноним OP 23/11/19 Суб 16:24:35 #43 №208049226 
>>208048654
Хуйна
Аноним 23/11/19 Суб 16:25:25 #44 №208049286 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:25:31 #45 №208049289 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:25:35 #46 №208049294 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
Аноним OP 23/11/19 Суб 16:25:36 #47 №208049296 
>>208048981
> перегруперовку
Лол блять. Так и знал, что вайпер тупой
Аноним 23/11/19 Суб 16:25:51 #48 №208049312 
Не удивительно, что шаровером оказался шизик, обходящий баны. Скорее всего это шизик ноулайфер, для которого смысл жизни - троллить двач, он уже всё знает, что надо сделать, чтобы бан скинуть. Как по мне, так это ещё один плюс в копилку плоскоземельцев. Это шароверы оказались троллями шизиками, а плоскоземельцы сохранили лицо адекватных приличных людей.
Аноним OP 23/11/19 Суб 16:26:03 #49 №208049322 
>>208049020
Ты тупой?
Аноним 23/11/19 Суб 16:26:05 #50 №208049324 
>>208048293
Если земля движется с постоянным ускорением - то какая у ней скорость? Бесконечная? Ты что дебил?
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:27:24 #51 №208049402 
>>208049312
>Мамкоёбские шутки, отрицание, игнор НЕУДОБНЫХ постов
>плоскоземельцы сохранили лицо адекватных приличных людей
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:27:32 #52 №208049409 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 16:27:41 #53 №208049425 
>>208049324
У него пассажиры с пилотами перед каждым полётом о чём-то договариваются, заговоры строят и летают по шароёбским маршрутам, чтобы отвлечь внимание. Чего ты хочешь от него? Он же на ул. Герцена родился.
Аноним 23/11/19 Суб 16:28:13 #54 №208049459 
>>208048937
>2) маятник Фуко
Плоский земной диск тоже вращается
Аноним OP 23/11/19 Суб 16:28:38 #55 №208049480 
>>208049324
Если так, то что дальше?
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:28:50 #56 №208049493 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!1
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:29:17 #57 №208049513 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 16:29:26 #58 №208049521 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
Аноним 23/11/19 Суб 16:29:45 #59 №208049544 
>>208049402
Где я это делал? Где оп это делал? На самом деле ни разу еще не видел, чтобы плоскоземельцы это делали.
Аноним 23/11/19 Суб 16:30:32 #60 №208049583 
>>208049402
У вас логика отвалилась
Аноним 23/11/19 Суб 16:30:59 #61 №208049603 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
Аноним 23/11/19 Суб 16:30:59 #62 №208049604 
>>208049402
>Мамкоёбские шутки, отрицание, игнор НЕУДОБНЫХ постов
так это же шароверы делают
Аноним 23/11/19 Суб 16:31:21 #63 №208049625 
>>208049603
ты даун блядь? где ты зог увидел?
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:31:29 #64 №208049636 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:31:31 #65 №208049639 
>>208049544
Пруфы в архиваче
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:32:16 #66 №208049683 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:33:01 #67 №208049731 
>>208049625

Земля является плоским диском 40 000 километров в диаметре, с центром в районе Северного полюса.
Солнце и Луна вращаются над поверхностью Земли. То же самое происходит со звёздами.
Сила тяжести возникает ввиду того, что Земля движется вверх с ускорением 9,8 м/с².
Южного полюса не существует. То, что нам кажется Антарктидой — ледяная стена, опоясывающая мир.
Все фотографии Земли из космоса — подделки.
Космоса тоже не существует, все запуски спутников и людей — обман.
Расстояние между объектами в южном полушарии намного больше. Тот факт, что перелёты между ними происходят быстрее, чем должно быть согласно карте плоской Земли, объясняется тем, что экипаж и пассажиры авиалайнеров и морских судов тоже замешаны в заговоре.

Шах и мат шароебы!!!
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:33:04 #68 №208049734 
>>208049296
Доебись до орфографии, да, типикал аргумент плоскоземельца
мимокрокодил
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:33:17 #69 №208049752 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 16:34:01 #70 №208049790 
Сап плоским!Проходил мимо,совершенно не интересует форма земли и тд.Но стало интересно,если все говорят что это заговор и на самом деле земля плоская,зачем это все нужно?К чему говорить людям что земля шар?Как это меняет их жизнь?В чем суть заговора то?Заранее спасибо за пояснение
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:34:06 #71 №208049800 
36456 (2).png
>>208049625
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:34:41 #72 №208049827 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:34:59 #73 №208049851 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 16:35:00 #74 №208049852 
>>208049480
Дальше так и зопишем, Земля - это диск который несётся вверх (лолчто) с постоянным ускорением 10м/с2 с бесконечной скоростью вместе со звёздным куполом, солнцем с луной, которые проекции четырёхмерных тел из сингулярности - прошу в шапке закрепить.
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:35:01 #75 №208049855 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
Аноним 23/11/19 Суб 16:35:08 #76 №208049863 
>>208049800
Ты сам это и написал.
Аноним 23/11/19 Суб 16:35:08 #77 №208049864 
8.jpg
– дамы и господа, командир корабля пилот первого класса Плоскоземелин приветствует вас на борту нашего лайнера. Мы выполняем перелёт по маршруту Дубай-Окленд. Так,как мы летим в южных широтах нашей плоской матушки-Земли расстояния намного больше, то я предлагаю вам поучаствовать в заговоре. Это позволит нам совершить перелёт гораздо быстрее. Спасибо за понимание.
Аноним 23/11/19 Суб 16:35:31 #78 №208049889 
>>208049639
Земля плоская, пруфы в архиваче
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:36:02 #79 №208049915 
>>208049734
Кстате это их единственные аргументы за все треды.
Аноним 23/11/19 Суб 16:36:48 #80 №208049950 
>>208049734
>>208049915
Даже сажу не убрал. Да, двачевать самого себя - это поступок достойный шароблядка.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:36:58 #81 №208049959 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:37:18 #82 №208049979 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:37:34 #83 №208049993 
>>208049863
Нет. ты.
Аноним 23/11/19 Суб 16:37:46 #84 №208050006 
0d1.jpglarge.jpg
>>208049734
>мимокрокодил
Нахуя врать на АИБ?
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:37:52 #85 №208050011 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:38:13 #86 №208050034 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:39:16 #87 №208050095 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:39:29 #88 №208050111 DELETED
Соберите уже своим умственно отсталым кружком денег и проплывите в одном направлении что бы вернутся на тоже место блять.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:39:55 #89 №208050135 
>>208049950
ахаха
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:40:21 #90 №208050162 
>>208049950
Ты думаешь, что эту хуйню только один анон сагает? Выздоравливай, анонче, мать проведай
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:40:28 #91 №208050169 
20191123153921.jpg
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:41:17 #92 №208050214 
>>208050111
Давайте лучше всем двачем им скинемся на полет к луне в один коне. Оп-хую и подсосерам это нужно.
Аноним 23/11/19 Суб 16:41:31 #93 №208050226 
Итого типичный шароблядок:

1. Неграмотное, необразованное быдло
2. Ебет мамок, как восьмилетний имбецил
3. Двачует сам себя, не убрав сажу, думая, что никто не заметит
4. Игнорирует всё, что не может объяснить
5. Вайпает и обходит баны, чтобы опять вайпать, от бессильной злобы
6. Тролль, лжец, девственник и вообще чмо по жизни
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:41:56 #94 №208050248 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
Аноним 23/11/19 Суб 16:42:06 #95 №208050260 
>>208050214
Заебёшься отправлять, они каждый день новые рождаются
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:42:10 #96 №208050264 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:42:29 #97 №208050282 
>>208050226
>пук
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:42:48 #98 №208050300 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:42:56 #99 №208050306 
>>208050260
Ну пожалуста ну только этих!
Аноним 23/11/19 Суб 16:43:27 #100 №208050343 
>>208050226
>Плоскоёбок
не благодари, поправил
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:43:32 #101 №208050348 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 16:43:49 #102 №208050368 
>>208050282
ИДЕАЛЬНО

Идеальное доказательство написанного.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:43:51 #103 №208050371 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
Аноним 23/11/19 Суб 16:43:52 #104 №208050372 
>>208047697 (OP)
Ну и долбаёбы вы, конечно.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:44:15 #105 №208050391 
>>208050372
Нет, ты.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:44:38 #106 №208050411 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 16:44:39 #107 №208050412 
>>208050343
А, так это плоскоебы вайпают? А зачем перекаты делают?

Извини, я забыл, что агрессивные шароебы - все имбецилы.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:45:02 #108 №208050431 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:45:48 #109 №208050467 
>>208050368
О ГОСПОДИ НИУЖЕЛИ НА 27 ТРЕДЕ НАМ ОТКРЫЛАСЬ ИСТИНА!
Аноним 23/11/19 Суб 16:45:52 #110 №208050470 
>>208050391
Нет.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:45:57 #111 №208050478 
>>208050412
Нет, ты.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:46:19 #112 №208050507 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:46:55 #113 №208050541 
>>208050226
Вы серьёзно думаете, что только один анон 24/7 вайпает? Совсем ёбнулись?
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:47:04 #114 №208050550 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:48:14 #115 №208050608 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
Аноним 23/11/19 Суб 16:48:46 #116 №208050640 
>>208047697 (OP)
В чем профит заговора?
Аноним 23/11/19 Суб 16:49:06 #117 №208050657 
>>208050412
Ну да, плоскоёбы сами вайпают, сами перекатывают. Шизики всегда так делают.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:49:26 #118 №208050673 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:50:20 #119 №208050729 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
Аноним 23/11/19 Суб 16:50:22 #120 №208050733 
>>208050640
Фармить мозги плоскоёбов.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:50:25 #121 №208050735 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:51:49 #122 №208050810 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage>>208050657
Меня ОП держит в подвале и заставляет сагать тред.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:52:44 #123 №208050853 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage Памогите!
Аноним 23/11/19 Суб 16:53:07 #124 №208050881 
>>208050640
Ну, чтобы на собеседовании задавать вопросы:
– Итак, Вы хотите работать пилотом в нашей авиакомпании "Плоскоземеля"?
– Да, я с детства мечтал летать в вашей компании.
– А в заговоре участвовать будете?
– Конечно!
– Добро пожаловать в семью!
Аноним 23/11/19 Суб 16:53:15 #125 №208050896 
>>208050810
Земля плоская?
Аноним 23/11/19 Суб 16:53:28 #126 №208050910 
32154154684.mp4
>>208047697 (OP)
Если земля это диск, который летит вверх, тогда куда он летит?
Почему все остальные космические тела шарообразные, а земля плоская?
Зачем нужен этот обман с шарообразной землей? Кому от него польза?
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:53:32 #127 №208050915 
>>208050810
Да, эта жоска.
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
Аноним 23/11/19 Суб 16:53:31 #128 №208050916 
>>208050226
Тупо построили свои куски аргументов на собирательном образе шароёба-вайпера, когда их на самом деле тут штук 5
-
А мы продолжаем следить за развитием событий, плоскобляди против дегенератов-вайперов, не переключайтесь!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:54:14 #129 №208050951 DELETED
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage Памогите!
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:55:12 #130 №208051008 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:55:17 #131 №208051013 

>>208050916
Вайпер один даун.
Аноним OP 23/11/19 Суб 16:55:33 #132 №208051032 
>>208049425
Что то не нравится?
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:55:49 #133 №208051052 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:55:57 #134 №208051056 DELETED
>>208051013
нас шароёбов лигионеров дохуя, а ты один шизик
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:56:19 #135 №208051077 
>>208051032
Да, твоя мамаша плохо сосёт.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:56:21 #136 №208051079 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним OP 23/11/19 Суб 16:56:25 #137 №208051084 
>>208049852
Что не нравится? Объяснение гравитации ещё бредовее
Аноним 23/11/19 Суб 16:56:48 #138 №208051112 
>>208051032
Как влияет участие в заговоре на скорость полёта?
Аноним 23/11/19 Суб 16:57:25 #139 №208051149 
>>208051013
Если ты правда так думаешь, то либо сам вайпер и вводишь в заблуждение, либо идиот
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:57:28 #140 №208051154 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним OP 23/11/19 Суб 16:57:39 #141 №208051167 
>>208051112
Скорость полета чего?
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:57:57 #142 №208051176 DELETED
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage Памогите!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:58:18 #143 №208051193 DELETED
>>208051167
самолёта, выблядок недоразвитый
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:58:34 #144 №208051207 
>>208051167
Моего хуя в твою сраку
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:58:37 #145 №208051209 
>>208051149
Пруфы будут?
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:58:44 #146 №208051223 
15745138294650.png
>>208047697 (OP)
>1 пик
Проваливай в /zog/.
>2
Что сказать-то хотел?
>3
Это Конституция?
>4
Железобетонный пруф, ога.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:58:55 #147 №208051234 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:59:20 #148 №208051262 
А Я НАПОМИНАЮ, ЧТО КАЖДЫЙ, ОТПИСАВШИЙСЯ В ШИЗОТРЕДЕ БЕЗ САЖИ-ПИДОР
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:59:28 #149 №208051267 DELETED
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage Памогите!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:59:45 #150 №208051281 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 16:59:51 #151 №208051288 DELETED
>>208051262
справедливо
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 16:59:57 #152 №208051296 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
Аноним 23/11/19 Суб 17:00:06 #153 №208051305 
>>208051167
>Тот факт, что перелёты между ними происходят быстрее, чем должно быть согласно карте плоской Земли, объясняется тем, что экипаж и пассажиры авиалайнеров и морских судов тоже замешаны в заговоре.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:01:24 #154 №208051364 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 17:01:35 #155 №208051377 DELETED
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage Памогите!
Аноним 23/11/19 Суб 17:01:55 #156 №208051403 
>>208051084
Всё нравится, закрепи в шапку:
Земля - это диск который несётся вверх с постоянным ускорением 9.8 м/с2 с бесконечной скоростью вместе со звёздным куполом, солнцем, луной, которые есть проекции четырёхмерных тел из сингулярности
Аноним 23/11/19 Суб 17:02:36 #157 №208051436 DELETED
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage Памогите!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:03:01 #158 №208051462 
15744822052062.png
Из шапки прошлого треда, где ОПхуй вводит в заблуждение:
>пик
Опровержение:
https://youtu.be/Z-LK5mDiIlE
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:03:23 #159 №208051489 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:03:51 #160 №208051516 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 17:04:00 #161 №208051525 DELETED
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage Памогите!
Аноним 23/11/19 Суб 17:04:07 #162 №208051534 
>>208051209
Разный стиль, тайминги, а ещё они иногда в самих спам-текстах между собой общались
Нужны конкретные пруфы - вперёд, изучай каждую сагу
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:04:32 #163 №208051558 DELETED
Я оригинальный Герцен, как видите, мочераторы в /d прямым текстом отказались меня банить. Плоскодауны соснули, спасибо, Абу!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:04:32 #164 №208051559 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:05:07 #165 №208051603 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:05:07 #166 №208051605 DELETED
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage Памогите!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:05:36 #167 №208051628 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:05:46 #168 №208051632 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:06:23 #169 №208051658 DELETED
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage Памогите!
Аноним 23/11/19 Суб 17:06:31 #170 №208051666 
5474578 (3).png
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:06:55 #171 №208051684 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:07:25 #172 №208051702 DELETED
ТАК ХОЧЕТ АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:07:57 #173 №208051731 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:08:07 #174 №208051735 DELETED
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage Памогите!
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:08:17 #175 №208051749 
>>208051534
Так плоскоёбы всерьёз считали что вайпер один, это уже само по себе показывает уровень интеллекта
Аноним 23/11/19 Суб 17:08:49 #176 №208051771 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
Спасибо, Абу.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:09:01 #177 №208051783 DELETED
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage Памогите!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:09:12 #178 №208051792 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Сапсибо Абу!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:09:28 #179 №208051804 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:09:52 #180 №208051818 DELETED
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage Памогите!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:10:09 #181 №208051834 DELETED
>>208051013
Я лишь инициатор герценофорса, я не единственный вайпер. Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:10:12 #182 №208051838 
>>208051749
Двачую это же каким идиотом нужно быть, хотя о чем я это же плоскёбы.
Аноним 23/11/19 Суб 17:10:18 #183 №208051842 
>>208051462
пок-пок это фотошоп фотошопа. Шароёбы соснули.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:10:51 #184 №208051868 DELETED
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage Памогите!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:11:09 #185 №208051885 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!
Аноним 23/11/19 Суб 17:11:29 #186 №208051900 
>Эта беззубая истерика вайпера
Одного этого достаточно, чтобы унижать шароверов.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:12:10 #187 №208051930 DELETED
>>208051900
>Я ТУПОЙ ХОХЛОПИДОР
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:12:12 #188 №208051932 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:12:29 #189 №208051944 DELETED
Абу, Абу, приём, сага плоскоземельного треда идёт по плану, повторяю, всё идёт по плану.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:12:40 #190 №208051956 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:13:17 #191 №208051987 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:13:35 #192 №208052005 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:13:56 #193 №208052025 DELETED
>>208051944
Надо засрать 200 куколдотред, ибо мы Родились на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:13:57 #194 №208052026 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:14:45 #195 №208052061 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 17:15:10 #196 №208052082 
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
>/zog/
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:15:18 #197 №208052088 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:15:38 #198 №208052104 DELETED
>>208052082
ТЫ НЕ ТУДА ВОЮЕШЬ, ДЕБИЛ.
Аноним 23/11/19 Суб 17:16:27 #199 №208052141 
15745138294650.png
>1 пик
Проваливай в /zog/.
>2
Что сказать-то хотел?
>3
Это Конституция?
>4
Железобетонный пруф, ога.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:17:09 #200 №208052180 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!

Абу благословил этот пост.
Аноним 23/11/19 Суб 17:17:11 #201 №208052183 
>>208051900
Реагируя на них таким образом вы только раздаёте им лулзы и провоцируете дальше вайпать.
Каким нужно быть отбросом, чтобы вестись на такое, земля пухом треду и всем плоскоземельщикам.
А так, пожалуйтесь всей толпой и забейте хуй на них, только дополнительный срач разводит.
Аноним 23/11/19 Суб 17:17:29 #202 №208052195 DELETED
>>208052025
Принято, ожидаем создания 200 треда
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:17:48 #203 №208052213 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:18:11 #204 №208052226 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!
Аноним 23/11/19 Суб 17:18:40 #205 №208052249 
15744822052062.png
Из шапки прошлого треда, где ОПхуй вводит в заблуждение:
>пик
Опровержение:
https://youtu.be/Z-LK5mDiIlE
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:18:59 #206 №208052267 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:19:03 #207 №208052269 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:19:09 #208 №208052271 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:19:19 #209 №208052279 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!

Абу благословил этот пост.
Аноним 23/11/19 Суб 17:19:24 #210 №208052284 
Бамп
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:19:48 #211 №208052318 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:20:03 #212 №208052327 
>>208052284
Хуямп.
Аноним 23/11/19 Суб 17:20:18 #213 №208052340 
6755956721182706950.mp4
Бамп
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:20:31 #214 №208052354 
тг sageteam2ch.jpg
На ВАЙП 200 куколд треда становись!
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:21:02 #215 №208052381 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:21:04 #216 №208052384 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!>>208052354 ПРИНЯТО!
Аноним 23/11/19 Суб 17:21:13 #217 №208052396 
>>208052354
>сажа
>с картинкой
Орнула блять
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:21:26 #218 №208052410 DELETED
ABU VULT! Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!
Аноним 23/11/19 Суб 17:21:34 #219 №208052416 
image.png
Бамп
Аноним 23/11/19 Суб 17:22:10 #220 №208052443 
>>208047697 (OP)
И никто так не ответил про профит заговора.
Аноним 23/11/19 Суб 17:22:19 #221 №208052450 
dc1097d6a03eaf2aaa6cbb5665db603f.jpg
ладно чучело можешь не плодить больше свои треды я их заметил куда надо написал можешь отдыхать
Аноним 23/11/19 Суб 17:22:42 #222 №208052469 
>>208052443
Откуда мы можем знать? Тут блять рептилоиды чтоли сидят?
Аноним 23/11/19 Суб 17:22:59 #223 №208052494 
hqdefault.jpg
>>208052450
>ладно чучело можешь не плодить больше свои треды я их заметил куда надо написал можешь отдыхать
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:23:04 #224 №208052497 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:23:09 #225 №208052504 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!
Аноним 23/11/19 Суб 17:23:25 #226 №208052516 
15744576733560.webm
Бамп жидовкой
Аноним 23/11/19 Суб 17:23:28 #227 №208052518 
EJ2FItGXUAAxkgZ.jpg
>>208052494
Аноним 23/11/19 Суб 17:23:53 #228 №208052543 
15734677662730.mp4
Бамп шароебским бредом
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:23:56 #229 №208052547 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!

Абу благословил этот пост.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:23:58 #230 №208052553 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 17:24:14 #231 №208052572 
>>208052396
Суп с сиськами или бан по подсети.
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:24:34 #232 №208052590 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
Аноним 23/11/19 Суб 17:24:38 #233 №208052595 
15743442627740.png
>>208052572
>Суп с сиськами или бан по подсети.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:24:51 #234 №208052604 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage
Аноним 23/11/19 Суб 17:25:14 #235 №208052620 
15726091475662.mp4
Типичный верун в круглую землю
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:25:24 #236 №208052633 
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? СПАСИБО, АБУ!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:25:24 #237 №208052635 
– Блядский Бог… – Бормочет Навотно Стоечко, ощупывая правой хэндой левую. Зрители не дышат.

– Ебаный Христос…

Левая рука так распухла, что веняков нет и не будет в ближайшие несколько месяцев. Навотно Стоечко начинает исследование правой хэнды. Он пыхтит, скрежещет оставшимися зубами, пускает горькие слюни… И, ебеныть! чего-то находит!… Его палец находится около кисти, он осторожно надавливает на кожу и под ней что-то трепыхается.

Не отпуская найденное место, Навотно Стоечко берет баян, снаряженный самой тонкой стрункой. Дыхание Навотно Стоечко становится тяжелым, он всаживает струну и в баян тут же идет контроль.

– Бля! Поймал!… – Яростно шепчет он на всю комнату и давит на поршень…

– БЛЯ!!! – Орет Навотно Стоечко в следующую секунду, и вырывает иглу.

– Как больно-а-а!!! – Вопит он во всю глотку, размахивая машиной. На месте вмазки растет кровяная капля. Навотно Стоечко слизывает ее и прижимает дырку пальцем.

– Уй, бля-я-я… Пропорол… Блядский Бог, где Ты? Нету Тебя, бля!… Ну почему я не могу по-человечески ширнуться? Помоги мне, Господи! У, бля!…

На крики прибегает Семарь-Здрахарь с баяном, тоже полным контроля. Увидев его, Навотно Стоечко белеет от ярости:

– Вперед меня?!…

– Да ты сколько будешь казниться… – Оправдывается Семарь-Здрахарь, но раскаяния в его голосе не присутствует.

– Ну и хуй с тобой, паскуда! – Отворачивается Навотно Стоечко и начинает поиски по новой. Теперь он обследует ноги.

Самое приятное – это наблюдать за попытками ширнуться того, кому ширнуться некуда, того, кому есть куда ширнуться. Мне, например. Но это скоро надоедает.

Какого хуя я должен ждать три часа, чтобы вмазаться, пока не втюхается какой-то ублюдок?

На кухне Семарь-Здрахарь уже моет свой баян.

– А, сам Шантор Червиц, ширнуться зашел, или так?

– Ширнуться, – Соглашаюсь я, – Где пузырь?

Пока я выбираю себе и щелочу, происходят два события: очередной богохульный вопль Навотно Стоечко и появление приблудной герлы. Она становится у стены и сползает вниз. Ее короткая юбка задирается, и нашему обозрению предстают дырявые, но достаточно чистые трусы, которые и на половину не скрывают жутко волосатую пизду их хозяйки.

– Я – преступная мать… – Горестно говорит безымянная герла, и добавляет, – Ширните меня…

Пока с ней возится Семарь-Здрахарь, я успеваю сделать себе три дырки, но вмазываюсь-таки самосадом в оборотку. Знай наших!

Несколько минут, пока я приходуюсь, мне все до пизды-дверцы. Приход слабоват. Чего еще ожидать от такого варщика, как Навотно Стоечко? Когда я открываю глаза, то застаю как Семарь-Здрахарь вводит последние децилы в руку герлицы. Она на мгновение замирает, а затем ее впалая грудь издает сдавленный возглас восторга.

– Как? – Любопытствует Семарь-Здрахарь.

– Хорошо. – Понуро выдавливает из себя девица и начинает плакать.

Мы с Семарем-Здрахарем переглядываемся, плакать на приходе? Это что-то странное.

– Точно хорошо? – Спрашиваю уже я. Но герла как будто ничего не слышит, она мотает головой, разбрызгивая слезы, и тихонечко стонет.

– Блядский Бог! Что ж я маленьким не сдох?! – Доносится из комнаты.

– Я – преступная дочь… – Говорит вдруг герла и внезапно стягивает с себя юбку вместе с трусами. – Ебите меня… Я – преступница…

Заморочка, понимаем мы с Семарем-Здрахарем. Заморочка – штука тонкая. Как сучий Восток. Замороченный торчок может часами смотреть в одну точку, дрочить, гнать телеги, искать мустангов или заныканный пару лет назад куб винта. Но если эти заморочки по кайфу тебе, других они могут напрягать… А могут и не напрягать… Смотря, на чем ты заморочился.

– Ну, ебите меня… – Жалобно просит безымянная герла. – Я – преступница, меня надо ебать!… Или хотите, я у вас отсосу?… Я никогда не сосала… Но, если надо… Я преступница, я буду стараться!…

Она шмыгает носом, а мы отрицательно качаем головами.

– Попозже… – Улыбается Семарь-Здрахарь.

– Вы мной брезгуете? Да? – Выщипанные брови поднимаются домиком, а нижняя губа отвисает. – Да, вы брезгуете! Я ведь преступница! Преступница!

Я сама собой брезгую! Вы не понимаете! Вы – нормальные люди, а я – наркоманка и преступница!

Дайте двадцатку!

Порывшись в пакетике со шприцами, я нашел двадцатикубовый и кинул его безымянной герле. Она схватила его на лету, облизала и, став раскорякой, начала засовывать его себе в пизду, повторяя
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:25:26 #238 №208052638 DELETED
>>208052595
Мы тут все - доверенные лица Абу, можем и провернуть. Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:25:54 #239 №208052667 
– Блядский Бог… – Бормочет Навотно Стоечко, ощупывая правой хэндой левую. Зрители не дышат.

– Ебаный Христос…

Левая рука так распухла, что веняков нет и не будет в ближайшие несколько месяцев. Навотно Стоечко начинает исследование правой хэнды. Он пыхтит, скрежещет оставшимися зубами, пускает горькие слюни… И, ебеныть! чего-то находит!… Его палец находится около кисти, он осторожно надавливает на кожу и под ней что-то трепыхается.

Не отпуская найденное место, Навотно Стоечко берет баян, снаряженный самой тонкой стрункой. Дыхание Навотно Стоечко становится тяжелым, он всаживает струну и в баян тут же идет контроль.

– Бля! Поймал!… – Яростно шепчет он на всю комнату и давит на поршень…

– БЛЯ!!! – Орет Навотно Стоечко в следующую секунду, и вырывает иглу.

– Как больно-а-а!!! – Вопит он во всю глотку, размахивая машиной. На месте вмазки растет кровяная капля. Навотно Стоечко слизывает ее и прижимает дырку пальцем.

– Уй, бля-я-я… Пропорол… Блядский Бог, где Ты? Нету Тебя, бля!… Ну почему я не могу по-человечески ширнуться? Помоги мне, Господи! У, бля!…

На крики прибегает Семарь-Здрахарь с баяном, тоже полным контроля. Увидев его, Навотно Стоечко белеет от ярости:

– Вперед меня?!…

– Да ты сколько будешь казниться… – Оправдывается Семарь-Здрахарь, но раскаяния в его голосе не присутствует.

– Ну и хуй с тобой, паскуда! – Отворачивается Навотно Стоечко и начинает поиски по новой. Теперь он обследует ноги.

Самое приятное – это наблюдать за попытками ширнуться того, кому ширнуться некуда, того, кому есть куда ширнуться. Мне, например. Но это скоро надоедает.

Какого хуя я должен ждать три часа, чтобы вмазаться, пока не втюхается какой-то ублюдок?

На кухне Семарь-Здрахарь уже моет свой баян.

– А, сам Шантор Червиц, ширнуться зашел, или так?

– Ширнуться, – Соглашаюсь я, – Где пузырь?

Пока я выбираю себе и щелочу, происходят два события: очередной богохульный вопль Навотно Стоечко и появление приблудной герлы. Она становится у стены и сползает вниз. Ее короткая юбка задирается, и нашему обозрению предстают дырявые, но достаточно чистые трусы, которые и на половину не скрывают жутко волосатую пизду их хозяйки.

– Я – преступная мать… – Горестно говорит безымянная герла, и добавляет, – Ширните меня…

Пока с ней возится Семарь-Здрахарь, я успеваю сделать себе три дырки, но вмазываюсь-таки самосадом в оборотку. Знай наших!

Несколько минут, пока я приходуюсь, мне все до пизды-дверцы. Приход слабоват. Чего еще ожидать от такого варщика, как Навотно Стоечко? Когда я открываю глаза, то застаю как Семарь-Здрахарь вводит последние децилы в руку герлицы. Она на мгновение замирает, а затем ее впалая грудь издает сдавленный возглас восторга.

– Как? – Любопытствует Семарь-Здрахарь.

– Хорошо. – Понуро выдавливает из себя девица и начинает плакать.

Мы с Семарем-Здрахарем переглядываемся, плакать на приходе? Это что-то странное.

– Точно хорошо? – Спрашиваю уже я. Но герла как будто ничего не слышит, она мотает головой, разбрызгивая слезы, и тихонечко стонет.

– Блядский Бог! Что ж я маленьким не сдох?! – Доносится из комнаты.

– Я – преступная дочь… – Говорит вдруг герла и внезапно стягивает с себя юбку вместе с трусами. – Ебите меня… Я – преступница…

Заморочка, понимаем мы с Семарем-Здрахарем. Заморочка – штука тонкая. Как сучий Восток. Замороченный торчок может часами смотреть в одну точку, дрочить, гнать телеги, искать мустангов или заныканный пару лет назад куб винта. Но если эти заморочки по кайфу тебе, других они могут напрягать… А могут и не напрягать… Смотря, на чем ты заморочился.

– Ну, ебите меня… – Жалобно просит безымянная герла. – Я – преступница, меня надо ебать!… Или хотите, я у вас отсосу?… Я никогда не сосала… Но, если надо… Я преступница, я буду стараться!…

Она шмыгает носом, а мы отрицательно качаем головами.

– Попозже… – Улыбается Семарь-Здрахарь.

– Вы мной брезгуете? Да? – Выщипанные брови поднимаются домиком, а нижняя губа отвисает. – Да, вы брезгуете! Я ведь преступница! Преступница!

Я сама собой брезгую! Вы не понимаете! Вы – нормальные люди, а я – наркоманка и преступница!

Дайте двадцатку!

Порывшись в пакетике со шприцами, я нашел двадцатикубовый и кинул его безымянной герле. Она схватила его на лету, облизала и, став раскорякой, начала засовывать его себе в пизду, повторяя
Аноним 23/11/19 Суб 17:25:58 #240 №208052670 
15734669551800.jpg
Бамп фотошопом
Аноним 23/11/19 Суб 17:26:17 #241 №208052688 
ЛЕГИТИМНЫЙ БЕЗ ВАЙПА:

https://2ch.hk/b/res/208051505.html
https://2ch.hk/b/res/208051505.html
https://2ch.hk/b/res/208051505.html
https://2ch.hk/b/res/208051505.html
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:26:18 #242 №208052689 DELETED
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?

Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдёт одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, даёт свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец даёт колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщеплённый учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у неё на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берём телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… всё время чёрный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого? Спасибо, Абу!
Аноним 23/11/19 Суб 17:26:28 #243 №208052697 
>>208052443
Не удивительно, что молодая царица Вавилона начала быстро чахнуть под палящим солнцем, в окружении одних песков.
Формула нахождения первой космической скорости не отличается сложностью.
Во-первых, я постарался представить себя и свою жизнь без никотина и сигарет, представить то, как я буду выглядеть, то как я буду себя ощущать, представить то сладкое чувство победы над самим собой.
Многие из нас закатывают на зиму банки с помидорами, огурцами и многими другими овощами, выращенных самостоятельно на огороде или купленных в магазине или на рынке, чтобы в студеный зимний вечер можно было достать баночку соленья, открыть её и с удовольствием сьесть!
"Въехавший в этом качестве Янукович по-прежнему находится в РФ", - заметил Песков, добавив, что сейчас Янукович не является президентом Украины, и у него "нет никакого особого или специального статуса".
Ее нужно прикладывать прямо на воспаленное колено, примотав поверх марлей, хлопковым платком или тканью.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:26:32 #244 №208052704 
– Блядский Бог… – Бормочет Навотно Стоечко, ощупывая правой хэндой левую. Зрители не дышат.

– Ебаный Христос…

Левая рука так распухла, что веняков нет и не будет в ближайшие несколько месяцев. Навотно Стоечко начинает исследование правой хэнды. Он пыхтит, скрежещет оставшимися зубами, пускает горькие слюни… И, ебеныть! чего-то находит!… Его палец находится около кисти, он осторожно надавливает на кожу и под ней что-то трепыхается.

Не отпуская найденное место, Навотно Стоечко берет баян, снаряженный самой тонкой стрункой. Дыхание Навотно Стоечко становится тяжелым, он всаживает струну и в баян тут же идет контроль.

– Бля! Поймал!… – Яростно шепчет он на всю комнату и давит на поршень…

– БЛЯ!!! – Орет Навотно Стоечко в следующую секунду, и вырывает иглу.

– Как больно-а-а!!! – Вопит он во всю глотку, размахивая машиной. На месте вмазки растет кровяная капля. Навотно Стоечко слизывает ее и прижимает дырку пальцем.

– Уй, бля-я-я… Пропорол… Блядский Бог, где Ты? Нету Тебя, бля!… Ну почему я не могу по-человечески ширнуться? Помоги мне, Господи! У, бля!…

На крики прибегает Семарь-Здрахарь с баяном, тоже полным контроля. Увидев его, Навотно Стоечко белеет от ярости:

– Вперед меня?!…

– Да ты сколько будешь казниться… – Оправдывается Семарь-Здрахарь, но раскаяния в его голосе не присутствует.

– Ну и хуй с тобой, паскуда! – Отворачивается Навотно Стоечко и начинает поиски по новой. Теперь он обследует ноги.

Самое приятное – это наблюдать за попытками ширнуться того, кому ширнуться некуда, того, кому есть куда ширнуться. Мне, например. Но это скоро надоедает.

Какого хуя я должен ждать три часа, чтобы вмазаться, пока не втюхается какой-то ублюдок?

На кухне Семарь-Здрахарь уже моет свой баян.

– А, сам Шантор Червиц, ширнуться зашел, или так?

– Ширнуться, – Соглашаюсь я, – Где пузырь?

Пока я выбираю себе и щелочу, происходят два события: очередной богохульный вопль Навотно Стоечко и появление приблудной герлы. Она становится у стены и сползает вниз. Ее короткая юбка задирается, и нашему обозрению предстают дырявые, но достаточно чистые трусы, которые и на половину не скрывают жутко волосатую пизду их хозяйки.

– Я – преступная мать… – Горестно говорит безымянная герла, и добавляет, – Ширните меня…

Пока с ней возится Семарь-Здрахарь, я успеваю сделать себе три дырки, но вмазываюсь-таки самосадом в оборотку. Знай наших!

Несколько минут, пока я приходуюсь, мне все до пизды-дверцы. Приход слабоват. Чего еще ожидать от такого варщика, как Навотно Стоечко? Когда я открываю глаза, то застаю как Семарь-Здрахарь вводит последние децилы в руку герлицы. Она на мгновение замирает, а затем ее впалая грудь издает сдавленный возглас восторга.

– Как? – Любопытствует Семарь-Здрахарь.

– Хорошо. – Понуро выдавливает из себя девица и начинает плакать.

Мы с Семарем-Здрахарем переглядываемся, плакать на приходе? Это что-то странное.

– Точно хорошо? – Спрашиваю уже я. Но герла как будто ничего не слышит, она мотает головой, разбрызгивая слезы, и тихонечко стонет.

– Блядский Бог! Что ж я маленьким не сдох?! – Доносится из комнаты.

– Я – преступная дочь… – Говорит вдруг герла и внезапно стягивает с себя юбку вместе с трусами. – Ебите меня… Я – преступница…

Заморочка, понимаем мы с Семарем-Здрахарем. Заморочка – штука тонкая. Как сучий Восток. Замороченный торчок может часами смотреть в одну точку, дрочить, гнать телеги, искать мустангов или заныканный пару лет назад куб винта. Но если эти заморочки по кайфу тебе, других они могут напрягать… А могут и не напрягать… Смотря, на чем ты заморочился.

– Ну, ебите меня… – Жалобно просит безымянная герла. – Я – преступница, меня надо ебать!… Или хотите, я у вас отсосу?… Я никогда не сосала… Но, если надо… Я преступница, я буду стараться!…

Она шмыгает носом, а мы отрицательно качаем головами.

– Попозже… – Улыбается Семарь-Здрахарь.

– Вы мной брезгуете? Да? – Выщипанные брови поднимаются домиком, а нижняя губа отвисает. – Да, вы брезгуете! Я ведь преступница! Преступница!

Я сама собой брезгую! Вы не понимаете! Вы – нормальные люди, а я – наркоманка и преступница!

Дайте двадцатку!

Порывшись в пакетике со шприцами, я нашел двадцатикубовый и кинул его безымянной герле. Она схватила его на лету, облизала и, став раскорякой, начала засовывать его себе в пизду, повторяя
[mailto:Sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:26:39 #245 №208052715 
>>208052396
Tits or GTFO
Аноним 23/11/19 Суб 17:26:47 #246 №208052721 
15732394750990.jpg
>>208052688
>ЛЕГИТИМНЫЙ БЕЗ ВАЙПА:
Аноним 23/11/19 Суб 17:26:47 #247 №208052722 DELETED
теперь вайп гомониграми пошёл
Аноним 23/11/19 Суб 17:26:53 #248 №208052729 
>>208052688
И решил муж сделать жене кассу, а поскольку он является звеном в закупке того самого нижнего белья - затраты получились минимальны.
Кроме всего этого, у Джессики есть водительские права, она управляет самолетом и может напечатать 25 слов в минуту.
Для начала все-таки решился прочитать книжку Аллена Карра - не помогло.
Солнечный свет ускоряет полимеризацию масла. В льняном масле этот процесс происходит на естественном уровне, в отличие от растительного, в которое добавляют сиккатив.
Исследования качества автомобильного топлива подтвердили, что только в семи случаях из шестидесяти были выявлены нарушения обязательных требований.
Применение «Сустамеда» при суставных болезнях приносит комплексное оздоровительное действие, которое заключается в следующем.
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:27:02 #249 №208052736 
– Блядский Бог… – Бормочет Навотно Стоечко, ощупывая правой хэндой левую. Зрители не дышат.

– Ебаный Христос…

Левая рука так распухла, что веняков нет и не будет в ближайшие несколько месяцев. Навотно Стоечко начинает исследование правой хэнды. Он пыхтит, скрежещет оставшимися зубами, пускает горькие слюни… И, ебеныть! чего-то находит!… Его палец находится около кисти, он осторожно надавливает на кожу и под ней что-то трепыхается.

Не отпуская найденное место, Навотно Стоечко берет баян, снаряженный самой тонкой стрункой. Дыхание Навотно Стоечко становится тяжелым, он всаживает струну и в баян тут же идет контроль.

– Бля! Поймал!… – Яростно шепчет он на всю комнату и давит на поршень…

– БЛЯ!!! – Орет Навотно Стоечко в следующую секунду, и вырывает иглу.

– Как больно-а-а!!! – Вопит он во всю глотку, размахивая машиной. На месте вмазки растет кровяная капля. Навотно Стоечко слизывает ее и прижимает дырку пальцем.

– Уй, бля-я-я… Пропорол… Блядский Бог, где Ты? Нету Тебя, бля!… Ну почему я не могу по-человечески ширнуться? Помоги мне, Господи! У, бля!…

На крики прибегает Семарь-Здрахарь с баяном, тоже полным контроля. Увидев его, Навотно Стоечко белеет от ярости:

– Вперед меня?!…

– Да ты сколько будешь казниться… – Оправдывается Семарь-Здрахарь, но раскаяния в его голосе не присутствует.

– Ну и хуй с тобой, паскуда! – Отворачивается Навотно Стоечко и начинает поиски по новой. Теперь он обследует ноги.

Самое приятное – это наблюдать за попытками ширнуться того, кому ширнуться некуда, того, кому есть куда ширнуться. Мне, например. Но это скоро надоедает.

Какого хуя я должен ждать три часа, чтобы вмазаться, пока не втюхается какой-то ублюдок?

На кухне Семарь-Здрахарь уже моет свой баян.

– А, сам Шантор Червиц, ширнуться зашел, или так?

– Ширнуться, – Соглашаюсь я, – Где пузырь?

Пока я выбираю себе и щелочу, происходят два события: очередной богохульный вопль Навотно Стоечко и появление приблудной герлы. Она становится у стены и сползает вниз. Ее короткая юбка задирается, и нашему обозрению предстают дырявые, но достаточно чистые трусы, которые и на половину не скрывают жутко волосатую пизду их хозяйки.

– Я – преступная мать… – Горестно говорит безымянная герла, и добавляет, – Ширните меня…

Пока с ней возится Семарь-Здрахарь, я успеваю сделать себе три дырки, но вмазываюсь-таки самосадом в оборотку. Знай наших!

Несколько минут, пока я приходуюсь, мне все до пизды-дверцы. Приход слабоват. Чего еще ожидать от такого варщика, как Навотно Стоечко? Когда я открываю глаза, то застаю как Семарь-Здрахарь вводит последние децилы в руку герлицы. Она на мгновение замирает, а затем ее впалая грудь издает сдавленный возглас восторга.

– Как? – Любопытствует Семарь-Здрахарь.

– Хорошо. – Понуро выдавливает из себя девица и начинает плакать.

Мы с Семарем-Здрахарем переглядываемся, плакать на приходе? Это что-то странное.

– Точно хорошо? – Спрашиваю уже я. Но герла как будто ничего не слышит, она мотает головой, разбрызгивая слезы, и тихонечко стонет.

– Блядский Бог! Что ж я маленьким не сдох?! – Доносится из комнаты.

– Я – преступная дочь… – Говорит вдруг герла и внезапно стягивает с себя юбку вместе с трусами. – Ебите меня… Я – преступница…

Заморочка, понимаем мы с Семарем-Здрахарем. Заморочка – штука тонкая. Как сучий Восток. Замороченный торчок может часами смотреть в одну точку, дрочить, гнать телеги, искать мустангов или заныканный пару лет назад куб винта. Но если эти заморочки по кайфу тебе, других они могут напрягать… А могут и не напрягать… Смотря, на чем ты заморочился.

– Ну, ебите меня… – Жалобно просит безымянная герла. – Я – преступница, меня надо ебать!… Или хотите, я у вас отсосу?… Я никогда не сосала… Но, если надо… Я преступница, я буду стараться!…

Она шмыгает носом, а мы отрицательно качаем головами.

– Попозже… – Улыбается Семарь-Здрахарь.

– Вы мной брезгуете? Да? – Выщипанные брови поднимаются домиком, а нижняя губа отвисает. – Да, вы брезгуете! Я ведь преступница! Преступница!

Я сама собой брезгую! Вы не понимаете! Вы – нормальные люди, а я – наркоманка и преступница!

Дайте двадцатку!

Порывшись в пакетике со шприцами, я нашел двадцатикубовый и кинул его безымянной герле. Она схватила его на лету, облизала и, став раскорякой, начала засовывать его себе в пизду, повторяя
Аноним 23/11/19 Суб 17:27:19 #250 №208052758 
2nbRZzhu64w44.jpg
>>208052715
>Tits or GTFO
Аноним 23/11/19 Суб 17:27:30 #251 №208052769 
ЛЕГИТИМНЫЙ БЕЗ ВАЙПА:

https://2ch.hk/b/res/208051505.html
https://2ch.hk/b/res/208051505.html
https://2ch.hk/b/res/208051505.html
https://2ch.hk/b/res/208051505.html
Аноним 23/11/19 Суб 17:27:35 #252 №208052775 
А космос существует?
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:27:39 #253 №208052779 
– Блядский Бог… – Бормочет Навотно Стоечко, ощупывая правой хэндой левую. Зрители не дышат.

– Ебаный Христос…

Левая рука так распухла, что веняков нет и не будет в ближайшие несколько месяцев. Навотно Стоечко начинает исследование правой хэнды. Он пыхтит, скрежещет оставшимися зубами, пускает горькие слюни… И, ебеныть! чего-то находит!… Его палец находится около кисти, он осторожно надавливает на кожу и под ней что-то трепыхается.

Не отпуская найденное место, Навотно Стоечко берет баян, снаряженный самой тонкой стрункой. Дыхание Навотно Стоечко становится тяжелым, он всаживает струну и в баян тут же идет контроль.

– Бля! Поймал!… – Яростно шепчет он на всю комнату и давит на поршень…

– БЛЯ!!! – Орет Навотно Стоечко в следующую секунду, и вырывает иглу.

– Как больно-а-а!!! – Вопит он во всю глотку, размахивая машиной. На месте вмазки растет кровяная капля. Навотно Стоечко слизывает ее и прижимает дырку пальцем.

– Уй, бля-я-я… Пропорол… Блядский Бог, где Ты? Нету Тебя, бля!… Ну почему я не могу по-человечески ширнуться? Помоги мне, Господи! У, бля!…

На крики прибегает Семарь-Здрахарь с баяном, тоже полным контроля. Увидев его, Навотно Стоечко белеет от ярости:

– Вперед меня?!…

– Да ты сколько будешь казниться… – Оправдывается Семарь-Здрахарь, но раскаяния в его голосе не присутствует.

– Ну и хуй с тобой, паскуда! – Отворачивается Навотно Стоечко и начинает поиски по новой. Теперь он обследует ноги.

Самое приятное – это наблюдать за попытками ширнуться того, кому ширнуться некуда, того, кому есть куда ширнуться. Мне, например. Но это скоро надоедает.

Какого хуя я должен ждать три часа, чтобы вмазаться, пока не втюхается какой-то ублюдок?

На кухне Семарь-Здрахарь уже моет свой баян.

– А, сам Шантор Червиц, ширнуться зашел, или так?

– Ширнуться, – Соглашаюсь я, – Где пузырь?

Пока я выбираю себе и щелочу, происходят два события: очередной богохульный вопль Навотно Стоечко и появление приблудной герлы. Она становится у стены и сползает вниз. Ее короткая юбка задирается, и нашему обозрению предстают дырявые, но достаточно чистые трусы, которые и на половину не скрывают жутко волосатую пизду их хозяйки.

– Я – преступная мать… – Горестно говорит безымянная герла, и добавляет, – Ширните меня…

Пока с ней возится Семарь-Здрахарь, я успеваю сделать себе три дырки, но вмазываюсь-таки самосадом в оборотку. Знай наших!

Несколько минут, пока я приходуюсь, мне все до пизды-дверцы. Приход слабоват. Чего еще ожидать от такого варщика, как Навотно Стоечко? Когда я открываю глаза, то застаю как Семарь-Здрахарь вводит последние децилы в руку герлицы. Она на мгновение замирает, а затем ее впалая грудь издает сдавленный возглас восторга.

– Как? – Любопытствует Семарь-Здрахарь.

– Хорошо. – Понуро выдавливает из себя девица и начинает плакать.

Мы с Семарем-Здрахарем переглядываемся, плакать на приходе? Это что-то странное.

– Точно хорошо? – Спрашиваю уже я. Но герла как будто ничего не слышит, она мотает головой, разбрызгивая слезы, и тихонечко стонет.

– Блядский Бог! Что ж я маленьким не сдох?! – Доносится из комнаты.

– Я – преступная дочь… – Говорит вдруг герла и внезапно стягивает с себя юбку вместе с трусами. – Ебите меня… Я – преступница…

Заморочка, понимаем мы с Семарем-Здрахарем. Заморочка – штука тонкая. Как сучий Восток. Замороченный торчок может часами смотреть в одну точку, дрочить, гнать телеги, искать мустангов или заныканный пару лет назад куб винта. Но если эти заморочки по кайфу тебе, других они могут напрягать… А могут и не напрягать… Смотря, на чем ты заморочился.

– Ну, ебите меня… – Жалобно просит безымянная герла. – Я – преступница, меня надо ебать!… Или хотите, я у вас отсосу?… Я никогда не сосала… Но, если надо… Я преступница, я буду стараться!…

Она шмыгает носом, а мы отрицательно качаем головами.

– Попозже… – Улыбается Семарь-Здрахарь.

– Вы мной брезгуете? Да? – Выщипанные брови поднимаются домиком, а нижняя губа отвисает. – Да, вы брезгуете! Я ведь преступница! Преступница!

Я сама собой брезгую! Вы не понимаете! Вы – нормальные люди, а я – наркоманка и преступница!

Дайте двадцатку!

Порывшись в пакетике со шприцами, я нашел двадцатикубовый и кинул его безымянной герле. Она схватила его на лету, облизала и, став раскорякой, начала засовывать его себе в пизду, повторяя
Аноним 23/11/19 Суб 17:27:53 #254 №208052794 
14831753348630s.jpg
Вы не так вайпаете где гомонигры?
Аноним 23/11/19 Суб 17:27:53 #255 №208052795 
15671680899850.jpg
sage[mailto:sage] Аноним 23/11/19 Суб 17:27:54 #256 №208052798 
.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sage.sag